Ходжа Н. (hojja_nusreddin) wrote,
Ходжа Н.
hojja_nusreddin

Category:

Александр Игнатенко, "ОБ ИСЛАМЕ И НОРМАТИВНОЙ ДЕФИЦИТНОСТИ КОРАНА" (Часть 2)

Окончание. К Части 1: http://hojja-nusreddin.livejournal.com/2305770.html
___________________________________________________________

Параллельно экстенсификации предпринималась и интенсификация сакрального Текста – его «углубление», придание ему нового содержания, новых смыслов.

«Буквальное» понимание, или интерпретация с мнимо нулевым коэффициентом

Самым простым способом интерпретации было «буквальное» понимание» - попытка понять и объяснить другим, что же говорится в том или ином аяте Корана. Такой подход к Тексту получил в ряде исламоведческих исследований название «буквальное толкование», «буквальная интерпретация» (literal interpretation)[37]. Но даже подобные выражения – оксюмороны -- как раз и демонстрируют невозможность «буквального понимания». Получается так: даже простая попытка отобрать части Богооткровенного Текста (при игнорировании других[38]) и попытка «буквального» их прочтения изменяет смысл сакрального Текста. В Текст «вчитываются» некие смыслы, отличающиеся от первоначально в него заложенных. И всякое «буквальное понимание» оказывается интерпретацией, т.е. переосмыслением Текста - с претензией интерпретаторов на то, что они передают буквальный, точный, первоначальный смысл, на самом деле изменяя его.

Попытки «буквального», мнимо-неинтерпретирующего понимания реализовываются до сих пор в особом жанре литературы – тафсирах (ед. число тафсир).

Тафсир – это простейшее, по преимуществу языковое разъяснение современному арабу или арабоязычному читателю Корана смысла непонятных или мало понятных выражений, а таких набирается немало - от трех-пяти до полутора десятков на каждую страницу Корана.

Тафсир – это своего рода перевод, перевод с древнеарабского, на котором говорили арабы в VII веке, на современный арабский литературный язык. И именно переводы Корана на другие языки демонстрируют, с одной стороны, невозможность «буквального понимания» Корана, а с другой – то, что предполагаемое «буквальное понимание» Корана есть его интерпретация, т.е. изменение его смысла. Проще говоря, переводчик Корана понимает какую-то часть коранического Текста и передает это свое понимание, например, русскоязычной читающей публике. Если бы процесс был прост, то не возникало бы вопиющих разночтений. Так, в настоящее время среди переводчиков Корана на русский язык идет спор о смысле 127-го аята 3-й суры, имеющего отношение к вопросам радикализма (экстремизма, терроризма). Один смысл: «Может Он (Аллах. – А.И.) [от тел неверных] любую отсекать конечность, повергнуть их и вынудить уйти с позором и крушением надежд». Другой смысл: «[Дарует помощь вам Господь], чтоб часть (фланг) язычников отсечь и нанести удар такой им, чтоб обратились они вспять, надежду потеряв»[39]. И это – не самое неясное место в Коране.

Метод тафсира может использоваться и для заужения или трансформации нормативной базы Корана – изъятия из него тех норм, которые некоторым современным мусульманам представляются не соответствующими духу времени. Так, в Коране есть аят, в котором предписано бить непокорных жен: «А тех, непокорности которых вы боитесь, увещайте и покидайте их на ложах и ударяйте их. И если они повинятся вам, то не ищите пути против них, - поистине, Аллах возвышен, велик!»[40]. Вообще-то, смысл аята ясен и тафсир здесь не требуется. Однако в настоящее время в России проводится кампания, имеющая целью продемонстрировать «высокогуманное учение Корана», «высокие толерантно-гуманистические идеалы» коранического ислама[41], с чем не вяжется побивание жен за непокорность. Крупнейший российский знаток Корана Тауфик Ибрагим, используя метод тафсира (простого языкового разъяснения смысла коранических выражений), осторожно подтягивает значение слова дараба к «покиданию» жён, т.е., по-видимому, к разводу. «…Употребляемый здесь глагол дараба, который традиционно понимается как «бить», достаточно амбивалентен. И в самом Коране, помимо смысла «бить»/«ударить» (2:60, 73; 8:50), он имеет такие значения: «отправляться в путешествие» (2:273; 3:156; 4:101); «возвести [стену и т.п.]» (57:13); «приводить [пример]» (2:26; 13:17); «игнорировать», «не обращать внимания» (43:5); «запечатывать» (18:11); «разъяснять» (13:17) и др. Тогда на каком основании наши (мусульманские.- А.И.) богословы-мужчины решили, что в айате 4:34 однозначно подразумевается причинение побоев женам, а не, скажем, покидание оных как крайняя мера?»[42]

Тауфик Ибрагим, пользуясь методом тафсира, фактически изымает из нормативной базы Корана «аят о мече»: «Убивайте язычников везде, где только их ни встретите» (9:5) и «аят о джизье (подушной подати)» — «Сражайтесь с получившими Писание (т.е. с иудеями и христианами. – А.И.), …пока не станут платить джизью» (9:29)[43].

Заведомо небуквальное понимание, или интерпретации сакрального Текста

Некоторые места Корана не поддаются «буквальному пониманию», что бы под ним ни подразумевалось. И требует заведомо небуквального понимания, или интерпретации с более или менее высоким коэффицентом.
Очень наглядно, с доказательством ad absurdum неизбежности интерпретации Корана, этот вопрос, точнее запрос, сформулировал Фахр-ад-Дин ар-Рази (1149-1209). Он рассматривает такие выражения (словá), которые в Коране и Сунне относятся к Аллаху, как, например, «лицо» (аль-ваджх), «глаза» (аль-а‘юн, более двух, о чем свидетельствует грамматическая форма множественного числа при наличии в арабском языке обязательной к употреблению формы двойственного числа, применяемой для двух предметов)[44], «бок» (аль-джанб), «руки» (аль-айди, более двух, о чем свидетельствует грамматическая форма множественного числа)[45], «нога» (ас-сак – в единственном числе) и т.п. Из этих элементов он конструирует специфический образ, явно перебирая меру, по-видимому, из лучших побуждений - чтобы остро поставить проблему. «Если бы мы взяли буквальный смысл, то были бы вынуждены утверждать [существование] такого существа: у него одно лицо, на котором множество глаз, один бок, на котором множество рук, у него одна нога. Ты не увидишь в Дольнем Мире более отвратительный образ, чем этот, воображаемый. И я не думаю, что разумный человек согласится так вот описать Аллаха». Приведя еще ряд подобных примеров, ар-Рази заявляет: «Все, о чем мы сказали, делает обращение к истолкованию неизбежным делом для всякого мыслящего человека»[46]

Для обозначения истолкования Ар-Рази употребляет слово та’виль, и это – название определенного метода интерпретации сакрального Текста, при котором его содержание понимается метафорически. (Иногда этот метод интерпретации по-русски называют аллегорическим.) Принцип та’виля достаточно прост: говорится одно, подразумевается другое. Например, говорится «рука», подразумевается «власть» или «сила», или «поддержка». И в этом или – уже заложена проблема. Метафорическая интерпретация всегда субъективна. И ее адекватность Божественному замыслу может быть подвергнута вполне обоснованному сомнению и отрицанию[47].

Иджтихад (нормотворчество на основе досконального знания экстенсифицированного сакрального Текста)

Главный способ интенсификации экстенсифицированного сакрального Текста (Корана и достоверной Сунны) это – иджтихад, выведение из него норм, правил, установлений и суждений по частным и общим нововозникающим вопросам, по проблемам права, морали, вероучения, экономики, политики и т.п. - в соответствии с принятыми у профессионалов (улемов - религиозных ученых) правилами.

Описание этих правил заняло бы слишком много места: их несколько лет изучают в высших исламских учебных заведениях. Для нас в рамках рассматриваемой темы важны два момента:
- Первое: правила иджтихада не заданы Откровением. Они – результат рационалистической (и рационализирующей) активности профессионального духовенства и исламских мыслителей на протяжении всей истории ислама. И этот рационализм – не аристотелевский. «Логика» иджтихада – не формальная логика[48].
- Второе. Результаты иджтихада суть некие тексты, которые могут быть классифицированы по различным сферам человеческой жизнедеятельности как правовые, вероучительные, моральные, политические, гигиенические и т.д. и т.п. При этом результаты иджтихада всегда субъективны - в том смысле, что являются результатами человеческой интеллектуальной активности, а также крайне диверсифицированы и характеризуются определенной степенью недостоверности. (Достоверность для верующего мусульманина результатов иджтихада определяется его верой в авторитет религиозного ученого, осуществляющего иджтихад.) Известный европейско-американский специалист по исламскому праву Йозеф (Джозеф) Шахт совершенно справедливо отмечал: «Исламский закон есть крайний пример прáва юристов. Он создавался и развивался независимыми специалистами». Это, кстати сказать, было причиной того, что «исламский закон никогда, ни в какой момент своей эволюции не был единообразным»[49].

Субъективностью и отсутствием единообразия характеризуются и вероучительные произведения – так называемые «доктрины», «кредо» (акида). Всякий уважающий себя суннитский улем считает своим долгом сочинить акиду, а то и несколько, и они различаются по содержанию, хотя, конечно, есть множество совпадающих моментов. Акиды («доктрины», «кредо», «акыды») сочиняются вплоть до настоящего времени[50] и будут сочиняться в будущем.

Исключительно разнообразны и всегда являются «авторскими» фетвы – ответы исламских ученых на какие-то вопросы, которые ставят им верующие. Кроме того, они очень многочисленны. Так, собрание одних лишь фетв (без вероучительных и правовых трактатов) Ибн-Таймийи составляет полсотни томов, которые по объему текста превышают Коран не менее чем в пятьдесят раз.

Есть еще буквально невообразимое количество большущих трактатов по разным темам, которые тоже являются результатом иджтихада. В качестве единственного из буквально неисчислимого количества примеров можно было бы привести трактат всё того же Ибн-Таймийи «Метод Пророческой Сунны в опровержении речей шиитов-кадаритов» – 9 томов, 4 500 страниц[51].

Иджтихад профанов

(людей, не являющихся профессиональными знатоками ислама). Нельзя не упомянуть о том, что в настоящее время широкое распространение получили попытки нормотворчества на основе сакрального Текста ислама, предпринимаемые профанами[52] – непрофессионалами от ислама[53]. Это могут быть и так называемые «этнические мусульмане», и вовсе не-мусульмане, объясняющие мусульманам и не-мусульманам смыслы Корана и мотивирующие ссылками на сакральный Текст мусульман те или иные нормы и начинания[54].

* * *

Ситуация в «реальном» исламе, т.е. в таком, каким он сложился к настоящему времени, выглядит следующим образом. Наличествует Богооткровенный сакральный Текст – Коран, в отношении которого у мусульман есть уверенность, что он – «Речь Аллаха» в форме, содержании и объеме, которые посчитал Аллах адекватными для донесения религии ислама до людей. Еще раз повторим: это – Божественный Текст, который принимается верующим мусульманами как абсолютно достоверный, т.е. безоговорочно достойный веры.

И, наряду с Богооткровенным Текстом, есть очень большое количество текстов, которые сочинены людьми в течение примерно полутора тысячелетий. Никто никогда не подсчитывал соотношение объемов Богооткровенного Текста и текстов, сочиненных мусульманами, но можно, без особого риска ошибиться, предполагать в качестве минимального соотношение 1:1 000 000, т.е. сочиненные мусульманами тексты на разных языках самое меньшее в миллион раз превосходят по объему «Речь Аллаха».

Это «человеческое» исламское текстовое наследие характеризуется тремя чертами. Во-первых, ему присущ нормативный разнобой. Едва ли не по каждому вопросу вероучения, права, морали, политики между различными течениями, сектами, правовыми школами (мазхабами) существуют расхождения – от незначительных до таких, которые превращают некоторые течения в исламе во взаимно враждебные и абсолютно непримиримые, как это имеет место, например, в случае суннитского ваххабизма и шиитского имамизма.

Во-вторых, это наследие характеризуется нормативной избыточностью. Получилось так, что сейчас почти на каждый вопрос есть более одного ответа. Вспомним первый вопрос – о наследовании Пророку власти в общине мусульман. Появилось как минимум, три нормы – суннитская (халифом должен быть человек из племени Пророка – курейшитов), шиитская (первым Имамом должен быть быть зять Пророка Али) и хариджитская (повелителем общины может быть любой мусульманин). Есть и четвертая – из области практической политики: халифом становится человек, обладающий реальной силой – представитель либо воинского сословия, либо родо-племенной аристократии. Именно так становились халифами (султанами, эмирами и т.п.) после окончания эпохи «праведных халифов»[55].

В-третьих, «человеческому» исламскому наследию, и это главное, присуща меньшая или бóльшая недостоверность. Как сомнительные, – ибо они суть человеческие, не-Божественные, и посему в отношении них действует презумпция ошибочности, – именно как ошибочные могут рассматриваться мусульманами все те нормы, которые наличествуют в постоянно расширяющемся исламском текстовом наследии, сочиняемом людьми. Ошибочные, ибо недостоверные. Недостоверные, ибо человеческие.

Эти обстоятельства эволюции ислама приводят к тому, что в любой момент исторического времени «реальный» ислам – тот, который исповедуют мусульмане, - является внутренне плюралистичным и конфликтным. В исламе постоянно идут внутренние споры, которые не могут быть разрешены, ибо сталкиваются различные нормативные положения, сформулированные людьми, которые живут в разных условиях и руководствуются различающимися, нередко противоположными, интересами и целями. А нормы, содержащиеся в Коране, при их абсолютной достоверности для всех мусульман, продолжают быть недостаточными для регулирования всех аспектов их «земной», нерелигиозной жизни…

--------------------------------------------------------------------------------
Ссылки:

[1] Исламские ученые (улемы – араб. уляма’, факихи – араб. фукаха’) характеризуются чрезвычайно внимательным отношением к нюансам арабского языка. В некотором отношении ислам можно представить как сложнейшую и развивающуюся систему семантем (наделяемых различными смыслами понятий, категорий, терминов), не равных самим себе, т.е. постоянно изменяющихся и, что важно, систему, погруженную в стихию арабского языка. (Рискну утверждать, что ислам исходно – арабская, и даже аравийская – по названию Аравийского п-ва, религия.) Любое рассмотрение категориальной системы ислама предполагает выявление содержания и взаимосвязей арабских семантем, не совпадающих с неарабскими, например, русскими. И, строго говоря, аль-Вахй исламских вероучительных трактатов не в полной мере совпадает с «Откровением» русскоязычного текста, которое ассоциативно отсылает читателя к христианской догматике и, тем самым, не вполне точно его ориентирует, а то и дезориентирует – в том отношении, что читатель наполняет незнакомые ему категории знакомым ему по прошлому интеллектуальному опыту смыслом. Поэтому любой исламоведческий текст, претендующий на научность, приходится утяжелять транслитерацией арабских терминов, что является одним из «ключей» к пониманию всей системы семантем ислама. Так, если знать, что минимальный период сакрального коранического Текста («стих» русскоязычных текстов о Коране и исламе) называется аят, («знамение», эллиптическое сокращение выражения «знамение Аллаха» - аят-Аллах), то станет более понятной не сразу воспринимаемая русскоязычным сознанием рассматриваемая ниже идея существования у шиитов сакрального «живого Текста» - аятолл (ед. число аятолла, от араб. аят-Аллах, т.е. «знамение Аллаха»).

[2] Для подавляющего большинства мусульман Коран, будучи Речью Аллаха, является несотворенным, т.е. не обладающим атрибутом сотворенности, которым характеризуются все тварные, т.е. сотворенные вещи, предметы, существа, качества, движения. Иными словами, он существует извечно, до возникновения, точнее создания самого времени. Сотворенным же во времени является список Корана, или «свиток» – мусхаф. Араб-мусульманин никогда не скажет: «Я взял в руки Коран». Он скажет: «Я взял в руки мусхаф».

[3] Коран, 5:5. Выделено нами. – А.И. Здесь и далее цитируется в переводе академика И.Ю. Крачковского, если не оговорено иное.

[4] Употреблено слово «речь» (лисан) а не «язык» (люга). См.: Коран, 16:103, 25:195. В Коране еще упоминается просто «арабская речь» – тоже в связи с Кораном. См.: Коран, 46:12. Это обстоятельство, зафиксированное в Коране, заставляет внимательно отнестись к трактовкам ислама как арабской (аравийской) национальной религии. В настоящее время в Ираке разбитые, но не уничтоженные арабские националисты – члены партии Баас (или ПАСВ – Партии арабского социалистического возрождения), - в соответствии с идеями основателя партии, православного христианина Мишеля Афляка, изложенными в его книге «Арабский Посланник», которая была написана в 40-х гг. прошлого, XX в., - характеризуют арабов как тех, кто был избран Аллахом: «И избранная Им нация стала самым искренним, надежным и верным носителем этого послания (ислама. – А.И.)». Именно к арабам баасисты относят содержащиеся в Корана аяты: «Вы были лучшей из общин, которая выведена пред людьми: вы приказывали одобряемое и удерживали от неодобряемого и веровали в Аллаха» (Коран, 3:110). «И так Мы сделали вас общиной посредствующей, чтобы вы были свидетелями относительно людей и чтобы посланник был свидетелем относительно вас» (Коран, 2:143). «И ведь это (Коран. – А.И.) – напоминание тебе и твоему народу, и вы будете спрошены» (Коран, 43:44).
См.: «Институт религии и политики: Иракские вооруженные группировки открывают новый «фронт» (Манифест «Верховного командования джихада и освобождения Ирака»)
Сайт «Ислам и политика - Институт религии и политики», 21.10.2007
http://i-r-p.ru/page/stream-document/index-16748.html

[5] Аллах в процитированном аяте употребляет слово акмальту, которое несет в себе и смысл «совершенства» (камаль). Завершенность-совершенство не предполагает никаких дополнений и изменений.

[6] Коран, 33:40. Вероятнее всего, это место в Коране – отражение того факта, что после начала пророческой миссии Мухаммада на Аравийском п-ве стали появляться претенденты на то, чтобы быть пророками (выработался даже специальный термин – мутанабби, «претендующий на то, чтобы быть пророком»). Еще при жизни пророка Мухаммада на Аравийском послуострове появились «лже-пророки» - в Йамаме объявился Масляма, прозванный Мусалиймой (уничижительное от Масляма) аль-Каззабом ("Лжецом"), в Йемене - аль-Асвад аль-Анси, при халифе Абу-Бакре (632-634), непосредственно наследовавшему Мухаммаду власть в общине, - Тулейха ибн Хувайлид из племени бану Асад - Ибн Хузайма, и Саджах (женщина) из племени бану Тамим. Аль-Асвад был убит еще при жизни Пророка, а Мусейлима - при халифе Абу-Бакре.

[7] Мифологема неразделенности «религиозного» и «политического» - продукт конкуренции духовенства и светских правящих групп в странах распространения ислама. С одной стороны, идею неразделенности в исламе «религиозного» и «мирского», «религиозного» и «политического» продвигает исламское духовенство, стремящееся контролировать нерелигиозную сферу общества, а с другой стороны – светские правящие группы, стремящиеся, в свою очередь, к контролю над религиозной сферой.

[8] Хариджиты ссылаются на хадис Пророка Мухаммада: «Если будет поставлен повелителем над вами [даже] эфиопский раб с вырванными ноздрями (маджзу‘ аль-унф) и установит между вами Божественное Писание и мою Сунну, то слушайте его и ему повинуйтесь» (А‘вашт Бакир бен-Са‘ид. Дирасат ислямийя фи-ль-усуль аль-ибадийя (Исламские исследования ибадитских основ веры). Константина (Алжир), 1982. С. 119-120.) Хадис принимается в качестве истинного и другими мусульманами, которые, однако, не делают из этого таких радикальных выводов, толкуя выражение «повелитель над вами» ограниченно – как, например, «командир вооруженного отряда». Хариджизм сохранился вплоть до настоящего времени в форме ибадизма, распространенного на Аравийском п-ве (в Омане) и на Севере Африки (в Алжире и Ливии).

[9] Шииты в обоснование этого ссылаются на определенным образом (в пользу преемства Али) толкуемые аяты (стихи) Корана и так называемый «хадис, [произнесенный Пророком] в Гадир Хуме». Сам хадис признается как достоверный и суннитами – при том, что употребляемое слово вали (широкий спектр значений, концентрирующихся вокруг «близости», «дружбы», «родства», «заботы», «опеки», «покровительства» и т.п.) они совершенно не склонны толковать в смысле «наследник», как это делают шииты. Кстати сказать, в выражении вилаят-э-факих (теория Хомейни о наследовании власти в общине мусульман до момента прихода ожидаемого Махди со стороны ученого-факиха) применяется однокоренное с вали слово вилаят. Современную шиитскую реконструкцию событий в Гадир Хуме.
см. на русскоязычном шиитском Интернет-сайте: «Полный текст проповеди Пророка Мухаммада (да благословит Аллах его и род его!) в Гадире Хум»
Исламский теологический центр мусульман-шиитов
http://www.al-shia.ru/hadith/al-gadir.htm

[10] В средневековой словесности на арабском языке существовал мощный пласт «поучений владыкам» (наса’их аль-мулюк), или «княжьих зерцал», которые формировали систему норм практической политики, которые, едва ли не целиком, выводились из политической практики и из неисламского наследия политической мысли – персидского, византийского, индийского.
См.: Александр Игнатенко, "Как жить и властвовать. Секреты успеха, добытые в арабских назиданиях правителям", М.: «Прогресс»-«Культура», 1994.

[11] См.: Тауфик Ибрагим. На пути к коранической толерантности. Нижний Новгород: Издательский дом «Медина», 2007. С. 110-111.

[12] Арабский текст и французский перевод были опубликованы сначала французским арабистом-востоковедом Гарсеном де Тасси, а затем профессором Казанского университета Мирзой Александром Газем-Бегом в начале 40-х годов XIX века. См.: Kazem-Beg Mirza Alexandre. Observations sur le “Chapitre inconnu du Coran”, publié et traduit par M. Garcin de Tassy (“JA”, mai 1842) // “Journal Asiatique”. 1843, 2-me partie. C. 414-427). Апокриф сочинен довольно поздно, вероятнее всего в X веке, он явно шиитского происхождения: в нем Али уравнивается с Пророком Мухаммадом и излагается один из вариантов шиитской же концепции наделения Божественным Знанием Пророка и его зятя, который стал первым Имамом в череде двенадцати шиитских Имамов (от этого произошло название шиитской секты в исламе – имамиты-двунадесятники), наделенных способностью получать Божественное Знание непосредственно от Аллаха (об этом – ниже).

[13] Уфимский меридиан, 17.05.2007 (http://www.province.ru/newspapers/gazeta/28/20(226)/634964.html). Перепечатка на сайте Института религии и политики - http://i-r-p.ru/page/stream-event/index-13169.html.

[14] Русская доктрина. Часть II. Русский дух. 4. Гармония между традиционными вероисповеданиями - http://www.rusdoctrina.ru/index.php?subject=4&t=28

[15] См.: The True Furqan - http://www.truth-in-crisis.com/TheTrueFurqan.htm. Вокруг «Истинного Фуркана» формируется корпус теологической и пропагандистской литературы, особый культ, некоторое количество верующих, которых допустимо рассматривать как «новую религиозную группу», мало отличающуюся от других подобных групп.

[16] См.: аль-Хатиб аль-Багдади, он же Абу-Бакр Ахмад ибн-Али Ибн-Сабит, "Ар-Рихля фи талаб аль-хадис (Путешествие за хадисом)", Публ.: Нур-ад-Дин ‘Атр. Бейрут: «Дар аль-кутуб аль-ильмийя», 1975. с. 29, 71-76.
В этом трактате автор – известный мухаддис, живший в 1001-1070 гг., рассказывает о подобном путешествии за религиозным знанием – хадисами Пророка Мухаммада.

[17] См.: Улемы «Аль-Азхара»: Коранисты – вероотступники
«Аш-Шарк аль-Авсат», Лондон, 23.08.2007.
http://www.asharqalawsat.com/details.asp?section=17&article=433774&issue=10495

[18] Евангельский «Иисус» и «Иисус» коранический – даже не омонимы. В докоранических евангельских текстах и до сих пор христианами-арабами Иисус называется Ясу‘, в Коране – ‘Иса. Автором этих строк замечено, что Иисус у христиан и Иисус у мусульман - это два зеркально-противоположных слова: у христиан имя Иисус (Ясу‘) состоит из трех букв: я-син-айн, у мусульман (‘Иса) – из тех же букв, но расположенных зеркально, в обратном порядке: айн-син-я.

[19] Абу-Хамид аль-Газали, "Ихйя’ ‘улюм ад-дин (Воскрешение наук о вере)", в 5 частях. Касабланка, б.г. Ч. 3. С. 63.

[20] См.: Ибн-Таймийя, "Аль-Фатава аль-кубра (Великие фетвы)"
Публ.: Мухаммад Абд-аль-Кадир Ата и Мустафа Абд-аль-Кадир Ата. Бейрут, 1987. В 5-ти частях. Ч. 5. С. 87.

[21] См.: F. Jadaane. Révélation et Inspiration en Islam
Studia Islamica. P., 1967. № 26. С. 41.

[22] См.: И.Гольдциэр. Культ святых в исламе (Мухаммеданские эскизы). М.: ОГИЗ/ГАИЗ, 1938. С. 31.

[23] См.: Абд-аль-Карим ибн-Ибрахим аль-Джили (аль-Джилани), "Аль-инсан аль-кямиль фи ма‘рифа аль-авахир ва-ль-ава’иль (Совершенный человек, или Знание концов и начал)", Каир, 1963. В 2-х ч. Ч. 2. С. 11. Ч. 1. С. 6.

[24] Мухи-д-Дин Ибн-Араби, "Изображение окружностей, охватывающих подобие человека Творцу и сотворенному миру"
Ибн ал-Араби, "Мекканские откровения (ал-Футухат ал-маккийа)", введ., перев. с араб., прим. и библиогр. А.Д. Кныша, с. 36.

[25] Мухйи-д-Дин Ибн-Араби, "Аль-Футухат аль-маккийя (Мекканские откровения)", Бейрут: Дар Садир. Б.г., в 4-х томах. Т. 3. С. 350;
Коран, 2:136. Тот же аят воспроизведен в Коране еще раз - 3:84.
Ситуация напоминает ту, которая описана в новелле аргентинского писателя Хорхе Луиса Борхеса «Пьер Менар, автор «Дон Кихота» (из сборника «Вымышленные истории», 1944 г.), в которой рассказывается о том, как некий писатель предпринял дерзновенный замысел - «создать несколько страниц, которые бы совпали – слово в слово и строка в строку – с написанным Мигелем де Сервантесом». И ему это удалось – он сочинил девятую и тридцать восьмую главы первой части «Дон Кихота» и фрагмент двадцать второй.
См. подробно: Александр Игнатенко, "Зеркало ислама", М.: Русский институт, 2004. С. 45-46.

[26] С этим понятием (в персидском варианте – вилаят) мы встречаемся в теории аятоллы Хомейни.

[27] [Ибн-Таймийя]. A Letter of Ibn Taimiyya to Abu l-Fida’, edited by Dr. Serajul Haque
Documenta islamica inedita. Berlin: Akademie-Verlag, 1952. C. 158.

[28] Leah Kinberg. The Legimization of the Madhahib through Dreams
Arabica. Leiden, 1985. Vol. XXXII. Fas. 1.

[29] Аль-Кади ан-Ну‘ман. Ихтиляф усуль аль-мазахиб (Расхождение основ законоведческих толков)
Публ.: Мустафа Галиб. Бейрут: «Дар аль-Андалюс», 1983. С. 58-59, 49.

[30] См.: Eliash Joseph. The Ithna‘ashari-shi‘i juridic theory of political and legal authority
Studia Islamica, 1969. № 29. С. 23-24, 21.

[31] См.: Имам Хомейни. Исламские правление
Исламский теологический центр мусульман-шиитов
http://www.al-shia.ru/zip_archiv/Islamskoe-pravlenie.pdf.

[32] Абу-Хамид ал-Газали. Аль-Мустасфа мин ильм аль-усуль (Избранное из науки основ). В 2-х ч. Бейрут, б.г. Ч. 1. С. 93.

[33] Абу-Хамид Аль-Газали, "Аль-имля’ фи ишкялят аль-Ихйя’ (Дополнение к проблемам "Воскрешения наук о вере")"
Он же, "Ихйя’ ‘улюм ад-дин (Воскрешение наук о вере)", В 4-х томах. Каир. 1334 г.х. Т. 5: Приложения. С. 20.

[34] Расчеты и фактуру см.: А.А. Игнатенко, "В поисках счастья. Общественно-политические воззрения арабо-исламских философов средневековья", М.: Мысль, 1989. С. 18-24.

[35] Трансгрессия – от латин. transgressio, переход за какую-н. границу.

[36] Абу-ль-Баракат Хибату-л-Лах аль-Багдади. Китаб аль-му‘табар фи-ль-хикма (Книга извлеченных из мудрости уроков)
Публ.: Суляйман ан-Надави, Хайдарабад: «Да’ират аль-ма‘ариф аль-усманийя», 1350 г. хиджры. Ч. 3. С. 158). Обращаем внимание читателя на то, что аль-Багдади дает здесь примечательную характеристику Откровения: ему «не возразить», о нем «не поразмышлять», т.е. оно абсолютно и непререкаемо достоверно.

[37] «Ибн Хазм», Ислам. Энциклопедический словарь. М., 1991. С. 87 (cтатья Тауфика Ибрахима и Артура Сагадеева); Tritton A.S. The Speech of God
Studia Islamica. 1972, № 36. С. 12.

[38] Аш-Шахрастани указывает на то, что хашвиты буквально понимали выражение «две руки», содержащееся в Коране и относимое к Аллаху. Но они игнорировали содержащееся в Коране же и тоже относящееся к Аллаху выражение «руки» (айдина, букв. «Наши (т.е. Аллаха) руки» - Коран, 36:71, грамматическая форма слова предполагает более двух рук) или «глаза» (а‘юнуна, букв. «Наши, т.е. Аллаха, глаза» - Коран, 11:37, 23:27, 52:48, 54:14, грамматическая форма слова предполагает более двух глаз).

[39] Ю.А.Михайлов. О политической составляющей положения с книгоизданием для российских мусульман, Credo.Ru, 01.06.2007
http://www.portal-credo.ru/site/?act=lib&id=1763
Перепечатка на сайте Института религии и политики
http://i-r-p.ru/page/stream-document/index-13424.html

[40] Коран, 4:34. Это – перевод академика И.Ю.Крачковского. Между переводчиками на русский язык расхождений относительно употребленного глагола дараба нет. Все они переводят его как «ударять», «побивать», «[слегка] ударить». В последнем случае («[слегка] ударить») смягчение рекомендации («слегка») привнесено женщиной – переводчицей Корана на русский язык, русской, принявшей ислам.

[41] Тауфик Ибрагим. На пути к коранической толерантности. Нижний Новгород: Издательский дом «Медина», 2007. С. 6.

[42] Тауфик Ибрагим. Какой перевод Корана нам нужен?
«Минарет» (Нижний Новгород). 2007. № 4. Перепечатка на сайте «Ислам в Российской Федерации» - http://www.islamrf.ru/minaret.php?sid=2156. Научная добросовестность не позволяет Тауфику Ибрагиму прямо утверждать, что в аяте нет такой нормы – о битье непокорных жен, поэтому он отрицает эту норму в форме вопросительной риторической фигуры, завершающей филологические выкладки о значениях слова дараба.

[43] См.: Там же. Коранические аяты приводятся в переводе Тауфика Ибрагима. См. подробно: Тауфик Ибрагим. На пути к коранической толерантности (указ. соч.). В этой книге осуществляется выведение (теоретическое, концептуальное) из нормативной базы ислама некоранических норм, например, содержащейся в Сунне (Предании) рекомендации: «Убейте того, кто поменяет свою религию» (Там же. С. 59 и след.); принятое в исламе предписание побивать камнями до смерти прелюбодеев – раджм (Там же. С. 110 и след.) и т.д.

[44] Коран, 11:37; 23:27; 52;48; 54;14; в русских переводах этот аспект скрадывается – из-за отсутствия в русском языке двойственного числа.

[45] Коран, 36:71.

[46] Фахр-ад-Дин ар-Рази. Асас ат-такдис фи ильм аль-калям (Основа очищения [Аллаха от телесности] в спекулятивной теологии). Каир: «Матба‘а Курдистан аль-ильмийя», 1328 г. хиджры. С. 98-99; 103.

[47] Изощренной критике метафорический способ истолкования Корана подверг Ибн-Таймийя, не предлагая сакральный Текст понимать «буквально», а предложив весьма интересную лингвистическую концепцию контекстуального смысла языковых единиц (слов)
См.: А.А.Игнатенко, "Арабский – язык без метафор (Ибн-Таймийя о принципах экспликации коранического Текста)", Восток-Oriens. 1999. № 2.
Перепечатка на сайте Института религии и политики
http://www.i-r-p.ru/page/stream-library/index-2295.html

[48] При том, что существует великое множество чисто религиозных сочинений, системно излагающих правила иджтихада, есть лишь очень небольшое количество нерелигиозных исследований, описывающих отдельные аспекты генезиса иджтихада и его методов и сравнивающих иджтихад с «западной» формальной логикой, которая в действительности отличается от исламской «логики» иджтихада. См.: Али Сами ан-Нашшар. Манахидж аль-бахс инд муфаккири аль-ислам ва-ктишаф аль-манхадж аль-ильми фи-ль-алям аль-ислами (Исследовательские методы у мыслителей ислама и открытие научной методологии в исламском мире). 4-е издание. Каир: «Дар аль-ма‘ариф», 1978.

[49] Joseph Schact, "Introduction au droit musulman", P., 1983. С. 13, 12.

[50] См. напр.: Абу Мухаммад Аль-Макдиси, "Это наша идеология", Кавказ-Центр, 10 августа 2007 г.
http://www.kavkazcenter.com/russ/content/2007/08/10/52282.shtml
Словом «идеология» переведено выражение акида, стоящее в арабском тексте. Акидой является и указанный в начале данной статьи документ «Аль-Каиды» «Наше кредо и наша программа».

[51] Ибн-Таймийя, "Минхадж ас-Сунна ан-Набавийя фи накд калям аш-ши‘а аль-кадарийя (Метод Пророческой Сунны в опровержении речей шиитов-кадаритов)", В 9 томах. Публ.: Мухаммад Рашад Салим. Эр-Рияд, 1986.

[52] Под «профаном» мы, вслед за Ушаковым, понимаем «человека, совершенно несведущего в чем-н., невежда в какой-н. области».

[53] Подробно эта тема рассмотрена в статье: Александр Игнатенко, "Ислам в XXI веке: главные направления исследований", «Полития» (специальный номер «Ислам в XXI веке»), 2007, № 4. С. 11-15.
Весь этот номер журнала «Полития» доступен в Сети, на сайте Института религии и политики:
http://i-r-p.ru/page/stream-library/index-19628.html.

[54] Об одном из примеров иджтихада профанов см.:
Александр Игнатенко, «Мне Рабинович напел», Опыт рецензии на непрочитанную книгу
«НГ-религии», № 2 (218), 16 января 2008 г.
http://religion.ng.ru/printing/2008-01-16/11_koran.html
Перепечатка на сайте Института религии и политики:
http://i-r-p.ru/page/stream-event/index-17659.html

[55] См.: Александр Игнатенко, "Расширенный Ближний Восток: не «возвращение религии», а конфликт секуляризации и клерикализации", Доклад на заседании Дискуссионного клуба «Валдай», Казань, 11 сентября 2007 г.
Сайт Института религии и политики, 24.09.2007:
http://i-r-p.ru/page/stream-trends/index-15760.html
______________________________________________
http://www.i-r-p.ru/page/stream-library/index-21863.html
http://www.i-r-p.ru/page/stream-library/index-22042.html
http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1228554000
Tags: близость, знанье, иисус, ислам, коран, писание
Subscribe

Posts from This Journal “коран” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments