Ходжа Н. (hojja_nusreddin) wrote,
Ходжа Н.
hojja_nusreddin

Category:

Грибоедов и куруры

Сдача персами контрибуционных сумм в городе Тебрец 10 февраля 1828 года. К.П. Беггров с оригинала В.И. Мошкова. 1829 г.

... наибольший успех миссии Грибоедова был выгоден именно англичанам. Посольство прибыло в Персию для контроля за исполнением пунктов Туркманчайского мирного трактата, главным из которых был тот, что обязывал Персию выплатить России гигантскую контрибуцию в 10 куруров. Каждый курур -- 2 миллиона рублей серебром, и англичане были заинтересованы в том, чтобы русские финансово выпотрошили Персию, как повар курицу. Ведь деньги шах одалживал у них, и, таким образом, Персия плотно «подсаживалась» на английские субсидии, намертво связывая всю свою будущую политику с интересами Великобритании.
...
положение дел с уплатой 8-го курура, за которым стояли неразрешимые, с его точки зрения, трудности, связанные с обедневшим до крайности народом, которому нечего было передавать сборщикам доходов:
"Аббас-Мирза отдал нам в заклад все свои драгоценности, - докладывал Грибоедов Нессельроде, - его двор, его жены отдали даже бриллиантовые пуговицы от своих платьев. Словом, крайность выше всякого описания".


Обремененный категорическим требованием российского правительства, МИДа и царского наместника на Кавказе графа Паскевича-Эриванского заполучить требуемые по Туркманчайскому трактату куруры, Грибоедов не соглашался на просьбы Аббас-Мирзы смягчить условия контрибуции. В послании к Нессельроде он приводил даже свой диалог с ним:
"Точно вы не знаете, - говорил он мне, - что шах и слышать не хочет об этих деньгах и что оба курура падут на мою ответственность". Я возражал, что не обязан знать, какие у него домашние расчеты с отцом, что шах подписал и ратифицировал договор, а мое дело блюсти за исполнением его..."

Понимая бедственное положение персиян, новый посланник просил согласия Нессельроде заменить денежный долг и принять на ту же сумму товаров: хлопчатой бумаги, шелка, драгоценных вещей - или закупить лошадей, хлеба и прочих продуктов. "Извините, граф, - писал он Паскевичу, - что я так распространился об этом предмете, но я опасаюсь ответственности, в которую так легко попасть, когда дело идет о деньгах и когда нельзя ожидать ни откровенности, ни податливости от тех людей, с которыми мне приходится иметь дело".
...
вице-канцлер сообщал Паскевичу согласие государя на приезд в Петербург либо Аббас-Мирзы, либо сына его с извинительным письмом от шаха в качестве единственного шага, "дабы в глазах Европы и всей России оправдать Персидский двор". Решение об отсрочке платежа 9-го и 10-го куруров, о которой так настаивал в свое время Грибоедов, Николай I предоставлял принять самому Паскевичу.

Ни сам вице-канцлер, никто другой из чиновников, ни тот же Паскевич не обмолвились и словом, в какие жесткие условия поставили Грибоедова, требуя от него неукоснительный сбор денежных средств, не считаясь с возможностями персиян и не соглашаясь с отсрочкой или со смягчением условий контрибуции. Так и не дождавшись приемлемых советов и решений, Грибоедов вынужденной несговорчивостью навлек на себя негодование персидской стороны.
...
Алмаз «Шах» был поднесен персидским принцем русскому императору совсем не в качестве дара за голову посла. У этого подношения была важная, но вместе с тем сугубо прозаическая цель. Хосрев-Мирза просил об облегчении бремени контрибуции. Принц поведал государю Николаю Павловичу о том, что для выплаты налоги собираются на годы вперед, уже переплавлены в монеты золотые канделябры шахского дворца, жены шаха и придворные сдали в общую копилку бриллиантовые пуговицы со своих нарядов, но все равно удалось насобирать только 8 куруров. Кроме алмаза «Шах», привезены были также:
- жемчужное ожерелье,
- два кашмирских ковра,
- два десятка старинных манускриптов,
- сабли в дорогой отделке и
- прочие «восточные штучки».

Дары вполне благотворно повлияли на русского самодержца: Николай I простил 1 курар контрибуции, а выплату другого отсрочил на 5 лет. Тем дело и закончилось...
...
Та помпезность, с которой Хозров-Мирзу встретили в российской столице, нужна была России, чтобы еще более заручиться дружбой с недавно поверженным противником и обеспечить тем самым его нейтралитет в начавшейся русско-турецкой войне. Смерть русского посланника оказалась лишь разменной монетой в политической игре. В ответном письме императора Николая I к наследному принцу Аббас-Мирзе сообщалось:
"Мы надеемся, что принятие принца Хозров-Мирзы в Государстве Российском и почести, кои Ему были оказаны во время его пребывания здесь, Монаршее Наше доброжелательство к Государю Персидскому... Между тем, как для восстановления доверия и для водворения взаимной дружбы, для Нашего Государства необходимо соединиться с Нами узами приязни.

Мы со вниманием прочли извинения, изъявленные в полученном письме Вашем, и желая доказать наше расположение, Мы согласились на то, чтобы платеж 2 курур, кои вы по Трактату обязались заплатить нам, был отсрочен еще на 5 лет..."

Запоздалая просьба полномочного министра-посланника Александра Грибоедова смягчить, отсрочить уплату оставшихся 2 куруров наконец была удовлетворена, а затем долг и вовсе простили.
___________________________________________
http://nauka.relis.ru/24/0311/24311116.htm
http://www.ogoniok.com/archive/2002/4775/47-28-31/

Бонус - персицкие бани и грузинские пленницы
:
http://www.ogoniok.com/archive/2002/4775/47-28-31/
http://www.1tv.ru/documentary/fi=6396
Tags: война, деньги, дипломатия, долг, иран, история, литерадуроведение, николай, посол, россия, серебро, царь, шёлк
Subscribe

Posts from This Journal “дипломатия” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments

Posts from This Journal “дипломатия” Tag