Ходжа Н. (hojja_nusreddin) wrote,
Ходжа Н.
hojja_nusreddin

Category:

Владимир Михайлович Зензинов (1880 – 1953), "Русские в Детройте" / 1927


Русская колония в Детройте — одна из самых больших в Америке, в ней считают от 30 до 35 тысяч человек.
Огромное большинство из Гродненской, Минской, Волынской, Могилевской и Смоленской губ.- но не мало также имеется выходцев из Черниговской и Саратовской.
Рост русской колонии стремителен, как и рост самого города. Заработки в Детройте одни из наиболее высоких в Америке - это и явилось причиной, почему за первыми русскими пионерами сюда вскоре потянулись и другие. Огромное большинство работает на механических заводах - особенно много в Детройте автомобильных заводов, больше чем в каком либо другом американском городе; русская масса преимущественно состоит из заводских рабочих - надо добавить: по своим занятиям, а не по своему происхождению -ибо физическим трудом здесь занята интеллигенция наравне с профессиональными рабочими.

Интересную в политическом отношении страничку из истории русской колонии в Детройте нарисовал мне один местный русский старожил.

До революции

Огромное большинство русской колонии - до 20 тысяч - состояло из русских, православных (не евреи и не поляки). Жили тихо, старинным укладом, группировались вокруг 4-х русских церквей; в течение 15-20 лет до революции руководили жизнью колонии «церковники» (их были тысячи), сплоченные в особую организацию. Их миросозерцанием были самодержавие, православие и народность, в комнатах висели портреты царской фамилии и Иоанна Кронштадского, но активной политической программы они не исповедывали и не проводили - жили, как до переселения в Америку жили их отцы и деды.

До 1917 года Америка большевиков почти не знала. Правда, имелось во время войны так называемое «интернационалистское течение», выступавшее против войны. К нему, между прочим, принадлежал и живший в то время в Америке Бухарин, сотрудничавший в русской газете «Новый Мир», выходившей в Нью-Йорке. В газете преобладали меньшевики. Ловким фортелем Бухарин ввел в управление газеты латышей, которые выбросили из нее, согласно бухаринским инструкциям, меньшевиков, и в начале 1917 г. редакция «Нового Мира» сформировалась в следующем составе: Бухарин, Троцкий, Вейнштейн (тот са­мый чичеринский!), Володарский. С этого момента газета стала «интернационалистской», а позднее и открыто большевистской. Интер­националистское течение, особенно сильно проявлялось в Нью-Йорке и в Чикаго. В 1916 году оно проявилось и в Детройте, а в конце этого года показались уже и большеви­ки. С началом революции «Новый Мир» стал называть себя большевистским.

В 1916 году в Детройте был организован так наз. «Русский Отдел Американской Социа­листической Партии», куда вошли социалисты, интернационалисты и большевики.

Февральская революция

вызвала среди рус­ской рабочей колонии Детройта огромное во­одушевление - в этом подъеме потонули все политические разногласия. Движение это за­хватило даже «церковников» - они стали при­слушиваться к «безбожникам», стали посещать их митинги и нередко сами приглашали к себе лекторов, которых просили читать им доклады на политические темы.

Раскол в ко­лонии начался с момента октябрьского перево­рота

Постепенно увлечение большевизмом сделалось почти повальным, все анархисты, которые в Детройте имели почти такие же сильные организации, как и социалисты, весь их «Союз русских рабочих», слились с большевиками. Через 2 месяца после октября в Детройте было в колонии уже определенное засилие большевиков. Об'единенная группа с.р. и с.д. меньшевиков в ноябре 1917 года вышла из Американской Социалистической Партии (её «Русского Отдела»), которая стала склоняться на сторону большевиков.

Перекрашивание в большевиков среди русской колонии сделалось повальным и приняло чрезвычайно своеобразные формы. Часть колонии, несомненно, была запугана.
- «Нет красной книжки
(членская книжка Американской Социалистической Партии, сделавшейся к тому времени почти открыто большевистской), - не сумеешь вернуться в Россию», - говорили большевики.
- «А сделаешься большевиком, можешь быть и министром - грамоты для этого не надо»...
Темной невежественной массе втолковывалось, что ее темнота является даже преимуществом - по крайней мере, это, мол, указывает, что вышел из народа...
Один такой новоиспеченный большевик даже публично заявил: «я горжусь тем, что ничего не знаю»...

Пропаганде этой подверглись и «церковники» - причем пропаганда велась самыми демагогическими средствами. Результаты получились удивительные:

монархически-коммунистическая амальгама

В итоге создался какой-то церковный коммунизм, монархический большевизм. Из 4-х церквей 3 церкви были забраны большевиками - в них продолжалась с благословения большевиков религиозная служба.

Большевиком в конце 1917 года, после победы большевиков, сразу сделался церковник Банковский, председатель церковного комитета, ярый монархист - в 1919 году он уехал в Россию и поступил на службу в Чека.
Открыто перешли к большевикам и были ими приняты 2 церковных старосты - Шкурка и Галуза, «церковник» Подопригора; Галуза в качестве «коммуниста» работал затем в Москве.
Там же действовал известный в Детройте монархист Гриневский (Губко).
Осторожнее оказались черносотенцы - позднее «коммунисты» - Дайнека и Чернов - оба остались в Детройте.
Любопытна карьера детройтского черносотенца Аноцкого - потом он находился в Петербурге и следил за деятельностью... профессоров, чтобы не сказали чего против советской власти; Аноцкий - человек, конечно, неграмотный.
Называли мне какую-то совсем анекдотическую фигуру с чеховской фамилией - Дудка; этот был вовсе темный человек - первое время по приезде в Детройт боялся сесть на трамвай - «лошадей нет, паровоза нет - как сядешь?» спрашивало это дитя природы. По своим политическим «убеждениям» был в Детройте черносотенцем - затем объявил себя коммунистом, уехал в Россию - там где-то «председательствовал».

Таких случаев называли мне многое множество...
Период, в продолжение которого большевизм был в наибольшей силе и славе продолжался с конца 1917 до середины 1919 года.

1 мая 1919 г. русскими большевиками в Детройте была даже произведена попытка... захвата власти!
[Евро-Майдан в Детройте - Х.Н. :]

Вы не верите? Я тоже сначала не поверил. Но очевидцы рассказывают следующее:
в этот день огромное большевистское собрание собралось в так называемом Немецком Зале (нужно сказать,что все время какие-то нити - симпатии или делового расчета? - связывали «интернационалистов», выступавших против войны, с немцами, затем связь эта продолжалась между немцами и большевиками, нетрудно, конечно, понять, в чем тут было дело).
Из Немецкого Зала демонстранты вышли на главную улицу Детройта - Woodward и в количестве не менее 10,000 двинулись по направлению к главному городскому зданию Сity Hall; большинство демонстрантов состояло из русских, над головами у них развевались красные знамена с надписями «Да здравствует коммунизм!»
Мудрецы эти не на шутку думали о захвате Детройта и провозглашении в нём советской власти.
Так, по крайней мере, в один голос утверждают все очевидцы этого, почти легендарного, но вместе с тем вполне исторического, события.
Что они предполагали делать, утвердив здесь советскую власть, осталось неясным.

Власти Детройта к этому движению отнеслись серьезно. На пути к City Hall они выстроили густую цепь полицейских, вооруженных резиновыми дубинками, а еще дальше, на прилегающих улицах, расположили несколько отрядов добровольцев - тут же стояли 2 броневых автомобиля, груженых револьверами и винтовками; эти «добровольцы» должны были выступить в том случае, если бы демонстрантам удалось прорвать цепь резиновых дубинок.
Конечно, и полицейской силы оказалось достаточно, чтобы предотвратить утверждение «советской власти» в Детройте. Демонстранты были изрядно поколочены и манифестация ликвидирована.

Этот нелепый эпизод с попыткой «захвата власти» 1 мая 1919 года был апогеем расцвета большевизма в Детройте.

В конце 1918 или в начале 1919 г. открылась русская граница

и все эти Аноцкие, Байковские, Галузы и Дудки поехали в Россию. Поехали перекрашенные в коммунистов черносотенцы, поехали простые русские люди - многие из них весьма темные, снедаемые тоской по родине, поехали и те, что искренне уверовали в большевизм.

В глазах большинства большевизм был именно чем-то вроде веры. Всходы на этой почве порой были необыкновенные. Не как анекдот, а как подлинный факт - с наименованием фамилий, места и времени - рассказывают, что некоторые поехали в Россию с купленными в Америке... портфелями, будучи глубоко убеждены, что им будут предоставлены места «министров» и «комиссаров»: ведь власть в России теперь рабоче-крестьянская...

Приехав в Россию, вся эта публика «рабоче-крестьянскую» власть увидала воочию, могла на месте проверить, действительно ли молочные реки в кисельных берегах текут в советской России, как их в этом уверяли в Детройте большевики. Результаты оказались более чем естественные - американские паломники пережили жесточайшее разочарование в своих святынях.

Разрешение поехать в Россию со стороны американских властей было, несомненно, мудрым шагом. Многие из этих паломников, всякими правдами и неправдами выбравшиеся опять из России и вернувшиеся в Детройт, являются сейчас самыми непримиримыми и жестокими врагами большевиков, видя, очевидно, в них тех, кто разрушили их святую мечту и над ней надругались .

Красочную историю рассказали мне о некоем Курловиче - русском рабочем Детройта

Совсем безграмотный человек, он был распропангандирован большевиками и поехал вместе с другими в Россию за министерским портфелем, научился подписываться.
- «Всякий рабочий может управлять», - уверенно твердил он.
- Смотри, Курлович, - предупреждали его, - не напрасно ли поехал?
- «Ничего, - уверенно отвечал Курлович, - эка беда, что грамоты не знаю - такого, как ты, возьму бумагу писать».
- А если я тебе отставку напишу?
- «А этого не видал? - на веревку хочешь?»
На границе у Курловича, как и у всех других «американцев», отобрали деньги, отобрали американскую обувь и одежду. Вместо этого выдали все «пролетарское». 3,000 долларов пропали - «деньги теперь в коммуне не нужны - все даром получишь».
Обуви и одежды также на полторы тысячи долларов пропало. Курлович ехал с семьей, собрав с собой все накопленное трудом добро.
В Москве Курловичу дали место шофера - комиссаров возить. Терпеть для «рабоче -крестьянской» власти было бы можно, ему давали «бесплатно» обед, но зато семья его голодала. Он стал просить на него не обратили внимания, стал требовать - на него стали коситься.
Наконец, не выдержал и на каком-то митинге в Москве влез на трибуну и произнес речь, направленную против большевиков. Аргументация его была очень простая: «у нас в Америке миллионеры сами автомобилями управляют, а вы в коммунистической стране шоферов нанимаете комиссаров возить».
Были у него после этого выступления большие неприятности - место потерял, из Москвы должен был по-добру, по-здорову убраться.
Поехал к своим родным в Минск, по дороге его обокрали, а в деревне родные на него набросились с кулаками, так как там уже знали, что он «коммунист». С приключениями и затруднениями Курлович перебрался нелегально заграницу, вернулся теперь в Детройт, семью сумел перетащить пока в Польшу - ждет теперь её обратно сюда.
Прежде бранил Америку на чем свет стоит, теперь на 2-й день после возвращения взял для натурализации так называемые «первые бумаги».
Сейчас с Курловичем о России нельзя говорить - этот 40-летний мужчина при одном упоминании о России плачет, как дитя; всех большевиков называет «жуликами» и при разговоре о них судорожно сжимает кулаки.

Таких Курловичей в Детройте сейчас не мало - для разрушения большевистской легенды они сделали больше, чем что бы то ни было другое. Немалую роль в этом направлении сделали и письма с родины, описывавшие прелести большевизма.

Другим ударом по большевистской легенде были деяния большевиков в самом Детройте

В период увлечения ими они создали «Общество медицинской помощи Советской России», которое собрало с русских рабочих изрядную сумму. Организаторы этих сборов, большевик Ровин и полк. Рустум-Бэк, начали в связи с этим вести в Детройте слишком широкую жизнь - кутили в ресторанах, раскатывали на автомобилях слишком много даже для Детройта, города автомобилей. Поползли слухи.
24 октября 1920 г. в Детройте было созвано торжественное «массовое собрание российских революционных рабочих объединенных организаций города Детройта», на котором дело это было разобрано и хищения обнаружены. Вынесен был протест, в котором говорилось:
«из отчета оказалось, что г. Ровин, полк. Рустум-Бэк и им подобные только взывали к нашим больным чувствам и карманам, чтобы, мы больше давали денег, на которые бы они могли кушать дорогие обеды и раскатывать на прекрасных автомобилях, а сами оставались глухими на крики и вопли умирающих братьев в России... »

Оказалось, что собрано было большевиками всего 7,050 долларов (исключительно на «внутренние потребности» - в Россию не было послано ни одного цента), а в кассе вместо 2,335 долларов обнаружено лишь... 129 долларов.
Мне передали фотографический снимок с протокола ревизионной комиссии за подписями и печатями всех общественных организаций Детройта.

Каков был результат всех этих событий?

Об этом не трудно догадаться. Вся русская общественность в Детройте разрушена - последние 3 - 4 года среди огромной русской колонии Детройта царят апатия и уныние, общественые начинания не прививаются, от политики все отвернулись, организаций почти не существует.
И это в то самое время, когда рядом живут и процветают колонии польская, чехо-словацкая, карпато-русская. Сильнее оказались церковники - их организация, состоящая сейчас из 40 человек, сумела прошлым летом откупить у большевиков за 600 долларов церковь, которую большевики в свое время захватили.
А между тем какой огромной силой в деле возрождения России могла бы быть эта 30,000-я масса здоровых людей, впитавших в себя американские навыки работы, по большей части технически высоко квалифицированных и - что, может быть, всего важнее - мучительно тоскующиx по родной земле!

Впрочем, есть уже признаки, что период апатии проходит, и русская колония в Детройте, совершенно изжив большевизм, начинав с надеждами приглядываться к тому новому, что сейчас рождается в России под корой советской власти.

Вот что рассказали мне русские старожилы Детройта.
___________________________________________________________
отрывок из книги «Железный скрежет», Париж, 1927

О Зензинове
: http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%97%D0%B5%D0%BD%D0%B7%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D0%B2,_%D0%92%D0%BB%D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%BC%D0%B8%D1%80_%D0%9C%D0%B8%D1%85%D0%B0%D0%B9%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87
http://www.a-port.us/gene/story/zenzinov.html
Tags: американа, бунт, детройт, изьм, история, россия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments