Ходжа Н. (hojja_nusreddin) wrote,
Ходжа Н.
hojja_nusreddin

Categories:

Е.Г. Рабинович, "Нектар, как мёртвая вода" (реконструкция мифологемы)


Место нектара и амвросии в греческом мифологическом предании общеизвестно
:
- бессмертные и нестареющие боги
- едят амвросию,
- запивая ее нектаром, и оттого
- остаются нестареющими и бессмертными вечно.

Слово амвросия (ambrosia - транслитерация латинская) означает "бессмертность" (или "несмертие")
:
- alpha privativum + brot (ср. brotós - "смертный", am+brotos — "бессмертный").
- Самой яркой мифологической и этимологической параллелью амвросии является индийская "амрита",
--- с бою добытая богами при пахтанье предвечного океана:
--- та же функция,
--- та же (улавливаемая и на слух, как созвучие) внутренняя форма слова,
--- разве что амрита — не еда, а питье.
- Об амвросии написано достаточно, и уже вышедшая в 1924 г. фундаментальная монография Дюмезиля почти исчерпывает проблему общеиндоевропейского мифа о живительном зелье[1].

Нектару повезло гораздо меньше
:
- Даже в относительно подробных мифологических компендиумах на него зачастую не выделяется особой статьи
- чаще всего дается отсылка "см. Амвросия"),
- но если таковая и есть, то в ней приводятся все те же общеизвестные сведения, иллюстрированные расхожими цитатами из Гомера.
- Специальных исследований о нектаре обнаружить не удалось
- налицо явное отсутствие интереса к нему у мифологов.

Для подобной незаинтересованности есть и повод - практическая неразличимость нектара от амброзии
:
- уже у Гомера, нектар и амвросия различаются только как питье и еда,
- но не функционально, т.е. нектар — нечто вроде жидкой амвросии.
- То и другое находится в исключительном владении богов, питая их и веселя.
- Нектар и амвросию "внутрь" потребляют у Гомера только боги,
- например, когда Калипсо трапезует с Одиссеем, то едят и пьют они разное:
- он вкушает земные яства, а она — амвросию и нектар (Odyss., Y, 196-199).

Правда, в "Илиаде" упоминается, что нектар и амвросия могут использоваться богами и как умащения
:
- но только как умащения для смертных
- XIX рапсодия содержит 2 таких эпизода:
1. нимфа Фетида ради сына - Ахилла сберегает труп Патрокла от тления, обещав, что тело его
--- невредимо и даже прекраснее будет (33)
И далее (37-39):
--- Так говорила и дух дерзновеннейший сыну вдохнула,
--- другу ж его и амврозию в ноздри и нектар багряный тихо влияла,
--- да тело его невредимо пребудет.

2. Чуть позже, Зевс посылает Афину взбодрить перед боем изнуренного скорбью Ахилла (347 - 348):
--- Шествуй, Афина; и нектаром светлым с амврозией сладкой
--- грудь ороси Ахиллесу, да немощь его не обымет
(пер. Н.И. Гнедича)
- В обоих случаях нектар и амвросия функционально никак не различаются,
- даже как еда и питье (коль скоро и не употребляются в этом качестве), и
- по своему назначению могут представляться тождественными.

Можно полагать, что неразличимость нектара и амброзии вторична, ибо
:
- поводом для подобной гипотезы являются прежде всего языковые показания.
- Выше отмечалось, что этимология слова "амвросия" совершенно очевидна,
- но ничуть не менее очевидна и этимология слова "нектар"
- "nektar" представляет собой практически никем и никогда не оспариваемое производное от корня nek-,
- дериватами которого являются nekros или более редкое nekys ("покойник"),
- а также и иные слова со сходной семантикой.
- Историки языка принимают этот факт, как данность, и никак не комментируют,
- хотя функция "жидкой амвросии" в сочетании с "трупной" этимологией кажется достойным внимания парадоксом

Значит, что этимологически (т.е. исторически) нектар и амвросия явно противопоставлены
:
- уже самой своей — и очень очевидной! — внутренней языковой формой
- причём, оппозиция эта не вполне симметрична
- "brotós" значит не "мертвый", а "смертный", т.е. одушевлённое пока тело, впрочем, обреченное умереть
- отсюда - расхожее метафорическое употребление слова "brotós", как синонима слова "человек",
- a "nekros" - конечный результат смертности - "покойник", т.е. "мёртвое тело" уже покинутое душой
- Тем не менее, оба слова могут быть отнесены к единому семантическому полю, и
- соседство "мертвого" нектара с "бессмертной" амвросией нуждается в объяснении.

Функциональная неразличимость нектара и амброзии у Гомера (и тем более позднее) представляется не изначальной
:
- изначально же, нектар и амвросия были противопоставлены по каким-то существенным их свойствам.
- греческих текстов, отражающих это изначальное противопоставление у нас нет,
- что и побуждает нас предложить гипотетическую реконструкцию,
- усугубляемую тем, что в греческом предании нам удалось найти тот сюжет, который мог бы лечь в ее основу.

О разных вечностях: нетленная юность мёртвого тела и тленная старость вечно живого
:
1. Нетленность тела мёртвого Патрокла можно определить как нетленную, но неживую юность
- мотив этот внутри "Илиады" малозаметен и малозначим.
2. Зато очень заметен и значим в гомеровской и даже после-гомеровской традиции другой миф - о тленной, но вечно живой старости
- например, в мифе о Титоне, любовнике богини Зари
- полнее всего этот сюжет изложен в Гомеровом гимне к Афродите, датировка которого остается спорной,
- но который, будучи создан на 100 или 200 лет позднее "Илиады", остается все-таки одним из самых ранних источников для исследования греческой мифологии[2].

Реконструкция мифа о Титоне
:
- cущественные фрагменты реконструкции извлечены из речи Афродиты,
- в которой она объясняет Анхизу невозможность для человека насладиться бессмертием,
- приводя в пример именно Титона (гимн цитируется в подстрочном переводе по изд. А. Баумайстера [3])
--- Рассказ о Титоне предваряется рассказом о прекрасном Ганимеде,
--- Зевс похищает Ганимеда и назначает его кравчим богов,
--- а отцу его - Тросу в утешенье передает через Гермеса, что Ганимед сделался "бессмертным и нестареющим вровень с богами" (IV, 214).
- Титон — родич Ганимеда, так что влюбленная в него Заря надеется сделать своего избранника столь же богоравным и
- просит Зевса, чтобы Титону "быть бессмертным и жить во все дни" (IV, 221).
- Зевс соглашается, но исполняет ее желание в буквальной точности,
- увы, Заря забыла "выпросить юность и отскрести[4] его от пагубной старости" (IV, 224),
- поэтому Титон постепенно стареет и, наконец, иссыхает плотью почти до исчезновения, продолжая жить.
- Заря ухаживает за одряхлевшим любовником и кормит его "амвросийною снедью" (IV, 232)
- от такого вот бессмертия и предостерегает Афродита Анхиза

Другой пример смертной, но долгой юности
:
- В том же гимне, чуть ниже (259 - 272) Афродита рассказывает Анхизу о горных дриадах,
- которым намерена отдать на воспитание уже зачатого Энея.
- Эти нимфы "не прилежат ни к смертным, ни к бессмертным// живут они долго и вкушают амвросийную пищу" (259 - 260),
- хотя люди и не рубят их священные рощи, однако, в назначенный срок древо каждой из них вянет и
- "душа покидает свет солнца" (272)
- процесс старения дриад не описан, ибо цветение дерева не соотносится с его возрастом,
- гибель же наступает сразу, так что подразумеваемая молодость дриад не требует дополнительных объяснений.

Теперь можно сделать выводы о конкретной функции амвросии
:
- питающиеся амвросией бессмертны, пока питаются ею
- Боги едят амвросию всегда и бессмертие их тоже навсегда,
- дриады едят амвросию до срока гибели их древ,
- бессмертие дриад (неподверженность превратностям бытия) - тоже до срока,
- который назначен не столько им, сколько их деревьям.
- Титон бессмертен, потому что Заря выпросила для него у Зевса разрешение питаться амвросией вечно,
- что соответствует вечному (вровень с богами) бессмертию,
- и она продолжает изо дня в день кормить амвросией своего любимого.
- Но вечную юность она выпросить забыла, амвросия же (как следует из гимна) вечной юности не дает,
- а только не позволяет душе покинуть тело, никак не сберегая этого тела.

Teперь можно реконструировать древнее значение термина "нектар"
:
- Заря выпросила для Титона оживляющую душу амвросию,
- но забыла выпросить оживляющий тело нектар!
- Эта реконструкция может быть косвенно подтверждена распространенными в русских сказках мотивами живой и мертвой воды

O живой и мёртвой водах в индо-европейском фольклоре
:
- Повествовательная эмфаза определяет действие живой воды так — оживление мертвеца путём возвращения ему души,
- поэтому действие мертвой воды воспринимается не только как подготовительное, но и как второстепенное,
- между тем, оно весьма значимо и конкретно:
- мертвая вода возвращает испорченному (израненному, истлевшему) мертвому телу прежнее и даже большее совершенство,
- хотя и не возвращает ему душу
- Если телесное совершенство смертью не нарушено, то нет и необходимости в мертвой воде.
- Жизнь - это присутствие в теле души, и душу возвращает телу живая вода
- подобно тому, как в греческом мифе душа удерживается в теле амвросией,
- а мертвая вода употребляется только для исправления тленного тела, которое само по себе бездушно
- Соответственно, погибший сказочный герой спасается в 2 этапа:
1. сначала при помощи мертвой воды его мертвое, изувеченное тело доводится до образцового состояния,
2. затем при помощи живой воды этот образцовый труп получает дыхание жизни
- Однако, для живого, чье тело с юности подвергается воздействию мертвой воды, мертвая вода будет "молодильным зельем"
- зельем, тоже часто фигурирующем в фольклоре, но не отождествляемым с "мертвой водой" на уровне выражения
- это "молодильное зелье" и есть греческий нектар

Данная реконструкция объясняет "трупную" этимологию напитка богов
:
- как мертвая вода, нектар сберегает и совершенствует только и именно тело - оболочку души,
- пребывает ли в этой оболочке душа или не пребывает - несущественно
- От этого различия зависит лишь способ применения:
- для живых, нектар — молодильное зелье,
- для мертвых, он — мертвая вода

Реконструируя "Илиаду", можно предложить первоначальный вариант сюжета (если таковой существовал)
:
- Фетиде, чтобы сделать труп Патрокла нетленным и "еще прекраснее", достаточно было нектара,
- использованного, как умащение, т.е. как мертвая вода.
- Напротив, Афине, чтобы укрепить обессиленный дух Ахилла, в телесном отношении и так совершенного,
- достаточно было амвросии с ее живительной силой — Ахилл нуждался в одушевлении для битвы,
- которого он лишился от скорби и обиды,
- поэтому богиня и оросила ему амвросией грудь - вместилище души

Исследуем реконструированную функцию нектара в других греческих мифах
:
- Все космологически значимые объекты непременно обладают и ритуальной эпифанией или целым рядом ритуальных эпифаний,
- так что мы вправе говорить о континууме предания и обряда,
- хотя и не всегда располагаем обеими (ритуальной и повествовательной) проекциями единого космологического представления, лежащего в их основе.
- К счастью, в данном случае реконструированная функция нектара находит подтверждение в религиозной практике, причем в простейших ее формах.
- Если ритуальные эпифании амвросии чаще всего были принадлежностью мистерий,
- приобщавших посвящаемых к будущему (посмертному) бессмертию, и потому
- получаемый мистом глоток этого бессмертия был — при всей многочисленности мистов — не подлежащей разглашению тайной,
- то ритуальная эпифания нектара должна была использоваться прежде всего в качестве мертвой воды,
- т.е. средства бальзамирования, чтобы тело усопшего, как тело Патрокла, оставалось невредимым и прекрасным.
- Тайны здесь не было — греческий погребальный обряд не относился к числу закрытых церемоний, oсобенно в части бальзамирования.
- Полное бальзамирование тела у греков не было обязательным, к нему прибегали только при отсрочке погребения
- в случае, если именитый покойник оказывался далеко от родной земли, в которой его должны были похоронить.

Способ бальзамирования у греков был всегда одинаков и традиционен
:
- вызывая подшучивание киников над абсурдностью и расточительностью человеческой спеси
- труп погружался в наполненный медом саркофаг и оставался нетленным практически вечно
- При всей факультативности такого дорогостоящего бальзамирования,
- оно явно рассматривалось наиболее соответствующим обрядовой норме даже в начале эллинизма
- Действительно, Александр Македонский умер в Вавилоне, тело его было заключено в медовый саркофаг и так привезено в Александрию Египетскую,
- где, как казалось бы, должно было быть мумифицировано на египетский лад, потому что Александр был сыном Амона и египетским фараоном,
- и для Птолемея было бы естественно похоронить его, как фараона
- однако, это не было предпринято и Александр остался покоиться в греческом нектаре, ибо
- видимо, медовое погребение было ритуально необратимым.

Близкая соотнесенность — вплоть до отождествления — нектара с медом
:
- не нуждается в доказательствах,
- хотя мифологическая семантика меда гораздо многообразнее мифологической семантики нектара и
- принадлежит более широкому кругу контекстов.
- В пределах рассматриваемой темы следует отметить, что ритуальной эпифанией нектара является не мед вообще,
- а именно мед, используемый в погребальном обряде.
- Такое использование меда было повсеместной нормой:
- при всей необязательности бальзамирования "смертный мед" использовался на любых похоронах
1. в смеси с молоком (melikrēton) или
2. в виде медовой лепешки (melitoessa)
- в oбеих качествах он оставался непременным сопровождением покойника[5]

Задача данной реконструкции - разрешениe парадоксального противоречия
:
- между "трупной" этимологией слова нектар и
- его эпической функцией "жидкой амвросии"
- если согласиться с этой реконструкцией, то появляется возможность
- свести к инвариантной схеме один из наиболее запутанных сюжетов греческого священного предания - миф о Тантале.

Что же явилось причиной "Танталовых мук"?
:
- О загробных страданиях Тантала в дошедших до нас текстах говорится часто и с минимальными вариациями,
- зато рассказы о преступлении, повлекшем за собою столь знаменитую казнь, разноречивы и сравнительно малочисленны[6].
- Завязка их, в общем, одинакова:
- Тантал был любимцем богов, участвовал в их пирах и звал их пировать к себе во Фригию, его сыном был Пелоп
- Катастрофа перед общеизвестной развязкой (загробной казнью) описывается по-разному,
- хотя всегда связана с упоминавшимися пирами
- Тантал оскверняет трапезу богов и есть 3 версии того, как именно:
1. разглашает услышанные на пиру божественные тайны
2. крадет для своих друзей и родичей божественные нектар и амвросию
3. пытается угостить богов разрубленным и сваренным телом убитого им собственного сына - Пелопа[7]

Рассмотрим сначала первые 2 версии
:
- 1-я версия наиболее неопределенна и легко сводится ко 2-й,
- вo 2-й святотатство приобретает соответствующую пиршественному контексту конкретность:
- герой крадет именно то, что особенно соблазнительно для смертного на пиру у богов и
- особенно для него запретно
- цель такой кражи очевидна и (в отличие от бесцельной болтовни 1-й версии) может быть побудительной причиной святотатства

3-я версия стоит особняком - хотя это тоже осквернение трапезы богов
:
- но не кражей, а мерзостным трупным угощением
- она наиболее актуальна для предания в его сюжетной связности:
- это рассказ о проклятии рода Пелопидов и о необычном, 2-м рождении их родоначальника,
- подвиги которого являются необходимой частью предания и который считался учредителем Олимпийских игр
- Кроме того, 3-я версия сюжетно связаннее
- в первых 2-х лишь упоминается святотатство Тантала,
- здесь же сообщается не только о преступлении Тантала, но и
- об исправлении богами содеянного Танталом, т.е. об оживлении его сына - Пелопа
- Итак, боги распознают гнусное угощение
- только скорбящая по Персефоне Деметра успевает, забывшись, съесть плечо
- и велят Гермесу оживить мальчика, что он и исполняет
- изготовив недостающее плечо из слоновой кости и тем самым обеспечив будущих Пелопидов родовой приметой
- Пелоп воскресает краше прежнего

О способе оживления Пелопа не сообщается
:
- однако в свете вышеизложенного его легко реконструировать:
- сначала Гермес собирает расчлененное тело мальчика,
- добавляет недостающее плечо и
- при помощи нектара (мертвой воды) делает это тело невредимым и прекрасным,
- а затем с помощью амвросии вдыхает в него жизнь — оживляет живой водой.
- Нектар и амвросия используются однократно, так что Пелоп не становится ни вечноюным, ни бессмертным,
- хотя и причащается через чудесное оживление некоторых божественных даров,
- приобретя не только красоту, но и волшебных коней Посейдона.

В греческой мифологии есть и другой сходный сюжет, хотя и с иным концом - обещание Медеи
:
- Медея обещает дочерям Пелия омолодить их дряхлого отца
- старика варят в котле (ср. соответствующие русские сказочные сюжеты)
- но никаких обещанных (и неназванных) чудодейственных зелий Медея не дает и
- попытка омоложения оборачивается обыкновенным убийством[8]
- Предание интерпретирует эту историю, как очередное коварствo Медеи
- но для задач данной реконструкции это несущественно

Aнализ мифа о Медее и Пелии
:
1. мифологическая концепция включает представление о возможности "улучшить" человека описанным способом
2. убийство и порча мертвого тела в этой ситуации являются первой стадией "улучшения" и
3. совершается людьми в интересах "улучшаемого" покойника
4. Дочери Пелия убивают отца с ведома и по наущению Медеи
5. лишь ее отказ в дальнейшей помощи делает эту планируемую трансформацию обычным убийством, в котором она же и повинна

Aнализ 3-й версии мифа о Тантале и Пелопе
:
- Тантал убивает сына по собственному произволу
- но с целью принести ему добро
- вынуждая богов оживить сына и, тем самым, "улучшить" его, ибо
- в противном случае, боги окажутся оскверненными соучастием в гнусной трапезе
- Иными словами, Тантал, сотрапезник и друг богов, знающий о чудесных свойствах нектара и амвросии
- преступным (но безотказным) способом вымогает их у богов для своего сына[9]
- Цель этого действия та же, что и во 2-й версии преступления, когда Тантал просто крадет нектар и амвросию;
- совпадает в общих чертах и содержание действия, ибо
- бесчестное и беспроигрышное вымогательство представляет собой вид кражи
- но в 3-й версии наличествует особо циничное святотатство

Все 3 версии преступления Тантала сводятся к одной инвариантной схеме
:
- Тантал оскверняет пир богов,
- кощунственно посягая на важнейшую космологическую субстанцию этого пира — на нектар и амвросию,
- которыми боги (и именно на пирах) поддерживают свою божественную природу и
- которые находятся в их исключительном владении
- Характерно, что его попытка смешать земное с божественным (на трофическом уровне)
- была осмыслена парадоксальной мифологикой Второй софистики, как героическая [11]

O 2-м первогрешникe - Иксионe
:
- для традиционного мифологического сознания, преступление Тантала сродни посягательству Иксиона
- т.е. смешению смертного и бессмертного начал (на брачном уровне, в случае Иксиона)
- и посему оно заслуживало не менее тяжкого наказания

О 3-м первогрешнике — Сизифе
:
- он также посягает на незыблемость космических границ,
- но (в отличие от Тантала и Иксиона) он вторгается не на небеса, и не в плоть, а в преисподнюю,
- сначала обманом пленив (украв) смерть и прекратив космологически необходимое нисхождение мертвых в Аид,
- а затем, также обманом, после собственной смерти, воротившись из мира мертвых в мир живущих

О функциях божественного вора - Гермеса
:
- Любопытно, что все 3 первогрешника кощунственно мешают исполнению обязанностей Гермеса
- единственного бога, вольного пересекать границы космических зон когда угодно
- выполняя при этом следующие 3 функции доставки:
1. пищи - богам (а Тантал крадет у богов их пищу)
2. невесты - жениху (а Иксион кощунственно насилует призрак богини, рождая чудовищ — кентавров).
3. душ покойников - миру иному (а Сизиф сначала прерывает эту доставку, а затем нарушает её необратимость)
- это не значит, что первогрешники находятся в конфликте с Гермесом лично
- но они повинны в посягательстве на порядок космических коммуникаций, которыми ведает Гермес.

------------------- ПРИМЕЧАНИЯ -----------------------

1. Dumézil G. Le festin d'immortalité. Paris, 1924. Passim.
2. Этот текст настолько архаичнее других послегомеровских эпических текстов, что Рейнгардт считает его сочинением Гомера (Reinhardt К. Die Ilias und ihr Dichter. Göttingen, 1961, S. 507-523).
Не разделяя столь радикального мнения, большинство исследователей предполагает все же, что автор гимна вряд ли жил позднее Гесиода.
3. Hymni Homerici / Rec. A. Baumeister. Lipsiae, 1887.
4. xysai 'отскоблить' (ср. xystra 'скребница'), т.е. старость здесь представлена угрожающей извне, хотя и неизбежной болезнью.
5. Лепешка давалась в руки покойнику для Кербера, меликрит приносился в жертву жителям преисподней;
для нас существенна не мотивировка ритуального действия, а постоянство отмеченной коннотации,
тем более что символическое бальзамирование ("умащение") покойника было обязательным,
а это подтверждает значимость действительного (медового) бальзамирования,
хотя точными сведениями о составе погребальных умащений мы не располагаем.
6. Топоров В.Н. Две заметки о Тантале // Балканы в контексте Средиземноморья. М., 1986. с. 74-75
Отмечается некоторая логическая незаконченность мифа о Тантале - одном из 3-х "первогрешников"). См. его же статью в наст. сборнике.
7. О похищении нектара и амвросии и об убиении Пелопа сообщает Пиндар (Ol. I, 54-65) о словесном святотатстве Еврипид (Orest, 4-10).
То, что упоминаемая также и Пиндаром "гордыня" проявляется не в делах, а в словах, может быть домыслом риторической эпохи,
во всяком случае, версия кражи явно древнее и гораздо распространеннее.
8. Подробнее всего, этот рассказ передан Овидием (Met., VII, 297 sq.).
9. По Пиндару (там же, 40-45, 68-70), влюбившийся в воскресшего Пелопа Посейдон, уносит его на небеса, где юношу ожидает такая же блаженная участь,
как Ганимеда (в иконографии Пелоп - почти столь же традиционный кравчий, как Ганимед, потому что прислуживал богам, когда те собирались у Тантала),
однако за грехи отца он возвращен на землю и остается смертным, хотя и любимцем Посейдона.
Естественно предположить, что преступный отец как раз и старался сделать своего сына другим Ганимедом - нестареющим и бессмертным "вровень с богами".
10. Что Тантал - прежде всего вор, подтверждает маргинальная версия его преступления: будто он то ли украл, то ли помог украсть золотого пса из храма Зевса на Крите (Shol. Pind., 01.60 - возможно, это критский вариант мифа).
Эта версия не включает темы нектара, но ее вторичность подтверждается уже тем, что соучастник (или даже зачинщик) кражи Пандарей не только не относится к числу достопамятных первогрешников, но и вообще находится на самой периферии предания. Для данного разбора важно, что преступление Тантала всегда сводимо к святотатству.
11. Филострат в "Жизни Аполлония Тианского" (III, 25) описывает и объясняет почитание Тантала, "поделившегося с людьми нектаром",
премудрыми и богоравными брахманами, а затем и неопифагорейцем Аполлонием.
______________________________________________________
Сб. Палеобалканистика и античность. М., 1989, с. 111 - 118.
http://ec-dejavu.ru/n/Nectar.html
Tags: вода, воскрешение, гомер, греция, миф, мёд, нектар, смерть, труп
Subscribe

Posts from This Journal “нектар” Tag

  • Руми, "СТРАСТЬ"

    Недаром страсть с огнем равняют, Они материи одной. Запомни, с ними не играют, Но жизнь без них, как сад зимой. Страсть светит, страсть же…

  • Руми, "ХЛЕБОПЕЧЕНЬЕ"

    Шах задал пир большой и выпил много, Вдруг видит из окна, через дорогу Идёт учёный муж, угрюмый ликом. И Шах командует весёлым рыком: - "А…

  • Руми, "ЖЕМЧУГ ДЮГОНЕЙ"

    Есть у нырцов за жемчугом преданье: Весной, в ночь гиацинтов расцветанья, Дюгоня самка нА берег выходит, Пастись средь гиацинтовых угодий.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments