Ходжа Н. (hojja_nusreddin) wrote,
Ходжа Н.
hojja_nusreddin

Category:

Воротников Ю.Л., "О птице Гамаюн"


PАЙСКАЯ ПТИЦА ГАМАЮН ЗАЛЕТЕЛА НА РУСЬ ИЗ ПЕРСИИ

a не из Греции, в отличие от сирина и алконоста.
Корни её отыскиваются, по мнению академика О.Н. Трубачёва, на Востоке, причём не на арабском, а на иранском. Древняя форма, с которой связано слово гамаюн, это младоавестийское humaiia - 'искусный, хитроумный, чудодейственный', откуда в древнеиранском мире употреблено было имя собственное Humaya.

О.Н. Трубачёв замечает, что эта птица – прообраз птички гамаюн «была не только райской, но и хитроумной. Образ этот, родившийся, вероятно, ещё на почве иранского фольклора, рано пересёк границы стран и культур и стал международным».

На Руси птица гамаюн была хорошо известна из различных сочинений естественнонаучного и географического характера. В первую очередь источником сведений о ней были различные «Козмографии» (т.е. Космографии или, приближая это название к современной терминологии, географии). Так, в одной из «Козмографий» XVI или начала XVII в. читаем:
«В той же части Азии Симове жребии, многая островы на восточномъ море: первый остров Макарицкий близъ блаженнаго рая и потому его близъ глаголятъ, что оттуда залетаютъ райския птицы Гамаюн и Финиксъ благоухания износятъ чюдная».

ТИТУЛЫ ВОСТОЧНЫХ ПРАВИТЕЛЕЙ


«Восточному» происхождению птицы гамаюн обязано её появление в титулах восточных правителей, в первую очередь, конечно, турецкого султана, а также шаха Ирана.
Картотека Древнерусского словаря, хранящаяся в Институте русского языка им. В.В. Виноградова РАН, содержит выписки из различных грамот и посланий восточным владыкам, содержащих упоминание этой птицы, причём всегда в одной и той же устойчивой форме.

Вот, например, полный титул турецкого султана Ибрагима из одной царской грамоты, отправленной с послами в Константинополь:
«Гамаюна подражателю Ибрагимъ султану Государю Константинопольскому, Беломорскому (т.е. владыке Западного моря, Адриатического folklor.ru), Черноморскому, Анатолийскому, Урумскому, Римскому (от названия области Рум, Румелия folklor.ru), Караманскому и иныхъ Великому Государю брату и доброму приятелю нашему».

А вот как обращался к турецкому владыке царь Василий Шуйский:
«Высокостоинешему властию и превознесённому честию яко рогу и сынъ рога подражателю Гамаюна и по сему желателнейшему светлостию лица неже песни Сирина... Государю Константинопольскому Салиму-шагъхан-дикерю».

Любопытно, что в этом обращении Гамаюн упоминается наряду с другой райской птицей – Сирином.

Характерен стиль грамоты боярина Бориса Годунова шаху Ирана Аббасу, сочетающий прославление шаха с самоуничижительными характеристиками Бориса:
«В царехъ светлообразнейшему и избранному гамаюну подражателю... высочайшему и славнейшему государю Перситцие и Ширванские земли начальнику Иранскому и Тиранскому Аббасъ шахову величеству царского величества слуга и конюшей бояринъ ... дворовой и намесник казанской и астраханской Борисъ Фёдорович Годуновъ вашему высочайшему величеству челомъ бъетъ».

Появление оборота гамаюна (или "гамаюну подражателю") в титулах восточных (в том числе иранских) владык лишний раз подтверждает этимологизацию этого слова, предложенную О.Н. Трубачёвым.

Любопытные сведения о «царском» величии птицы гамаюн можно найти в статье В.К. Трутовского о Смоленском гербе (возможно, статья не была опубликована):
«Птица Гамаюн, называемая у татар «Гюмай», а в турецком языке «Гюма...»
считается среди мусульман особенно важной и многозначащей, как для всякого рядового правоверного, так и для мусульманских владык... над кем она пролетит так близко, что крыльями своими повеет ему на голову, тот будет непременно владыкой.

Отсюда в турецких языках создалось слово "гумаюн", что в первоначальном своём значении равносильно слову "августейший"». Птица гамаюн была столь популярна на Руси, что название её даже использовалось как внутрисемейное имя, от которого произошла фамилия Гамаюнов.

ГАМАЮН В БЫТУ РУССКИХ ЦАРЕЙ

Птица гамаюн вошла не только в дипломатическую переписку, но и в быт русских царей.
Так, в 1614 г. царю Михаилу Фёдоровичу у московского гостя Михаила Смывалова было куплено несколько диковинных вещиц, в том числе:
«Птица Гамаюн около шеи сверху обнизано жемчугом, на середине жемчужина большая, позадь её на спине репей серебряной, на репьё зерно жемчужное».

И.Е. Забелин упоминает также, что 21 октября 1626 г. «дьяк Ждан Шипов отнёс в Верх к государю в хоромы птицу Гамаюн, которая в этом случае могла быть какою-либо вещицею, изображавшею такую птицу, как она и описана выше». Возможно, именно об этой вещице пишет так называемая «Книга глаголемая урядник: Новое уложение и устроение чина сокольничья пути» (1656). Здесь читаем: «Василий Ботвиньевъ, по государеву указу возьми из Гамаюна, райския птицы, письмо... И подьячий... разстегнувъ птицу Гамаюна, вынимаетъ письмо и... чтетъ вслухъ». В таком случае описываемый у Забелина и в «Уряднике» Гамаюн может быть выполненной в виде райской птицы шкатулкой.

Обитал при дворе царя Алексея Михайловича и вполне живой Гамаюн – любимый его кречет с именем райской птицы. Об этом пишет уже цитировавшаяся ранее книга «Урядник», упоминая этого кречета раньше других птиц: «Росписъ Государевымъ охотникам, кому которыхъ птицъ указано держать. Первая Парфентиева статья. Парфентию самому: кречетъ Сибирский цветный Гамаюнъ». И. Тарабрин замечает: «Не была ли эта птица изображена на сотенном знамени у сокольников и стремянных конюхов в Рижском походе царя Алексея Михайловича 15 мая 1656 г., по крайней мере в Описи знамен 1664 г. под № 10 указывалось, что это знамя чёрной тафты, в середине вшита птица гамаюн, опушка тафта белая».

Ещё одна живая птица, называемая Гамаюн, но никакого отношения к ловчим птицам не имеющая, была поднесена государям Фёдору и Петру Алексеевичам в 1686 г. И.Е. Забелин по этому поводу замечает: «Торговые люди Охотного ряду, призванные на Казённый двор, чтобы объявить ей цену, – смотря на птицу Гамаюна, сказали, что де у них в ряду такой птицы не бывало и цены они ей не знают. Неизвестно, сколько времени жила во дворце эта невиданная птица, которую книжники причисляли к райским».

Гамаюн, будучи птицей, дала, тем не менее, наравне с такими чудовищами, как аспид и василиск (Folklor.ru: см. в разделе «Статьи»), название пушке-пищали, описание которой можно найти в Актах московского уезда XVII в. под 1696 г.: «Великого государя в казне на пушечном дворе налицо полковых пищалей... пищал гамаюнъ ядром и длиною такова же весом 25 пуд 30 гривенокъ на турецком стану». Судя по весу, иную пищаль с таким же названием упоминает И.Е. Забелин в своей книге «История города Москвы» наряду с другими, собранными повелением Петра I в Москве для создания Музея воинских трофеев: «Гамаюн, вес 102 пудов, лил мастер Мартьян Осипов 1690 г., с изображением птицы Гамаюна». Гамаюн на этой пищали изображён в виде безногой птицы.

ГАМАЮН НА ГЕРБЕ СМОЛЕНСКА

Любопытно, что пищаль с таким изображением представляет собой как бы реальное воспроизведение герба города Смоленска: пушка и сидящая на ней безногая птица гамаюн.

Безногость, а порой даже и бескрылость гамаюна (иногда также называемого манкория, манцкодисъ, парадызея - последнее от слова «парадиз», рaradise - рай) отмечается многими памятниками письменности. Об этом в рукописи, именуемой «Книга Естествословная», сообщается следующее:
«О гамаюне. Гамаюнъ птица инакоже и манкория, еяже и райскою птицею именуетъ, величеством поболе врабия хвостъ имать семи пядей, ногу и крылъ у себе не имать, обаче выну непрестанно по воздуху хвостомъ своимъ летаетъ, и никогда почиваетъ, цветже перия ея велми прекрасенъ естъ, и пожелатенъ видению человеческому...»

Герб Смоленска с изображением пушки и гамаюна древен.
На печати Иоанна Васильевича Грозного, правда, этот герб изображен в виде великокняжеского престола, на котором положена шапка Мономаха. Но это случилось, как полагает автор ставшей классической книги «Русская геральдика» А.Б. Лакиер, «или по общепринятому для всех бывших великих княжеств символу…, или по ошибке мастера». По крайней мере на серебряной тарелке царя Алексея Михайловича (1675 г.) мы находим в гербе Смоленска уже известный сюжет: пушка (без лафета), а на ней сидящая безногая птица.

В дневнике Корба, сопровождавшего в 1698 и 1699 г. посла Священной Римской Империи, отправленного к российскому двору для переговоров о войне с Турцией, сохранилось изображение российской государственной печати. Здесь находим и герб Смоленска: пушка на лафете и безногая птица на ней. Подобный же герб сохранился и на печати, приложенной к письму князя Фёдора Куракина, адресованному князю Никите Ивановичу Одоевскому. Надо отметить, что здесь птица изображена не только безногой, но и вроде бы бескрылой, зато с пышным, почти павлиньим хвостом. В низу печати не очень разборчивая надпись: «птица гамаюн». Она напоминает изображение гамаюна в одном из изданий Лицевого Букваря Кариона Истомина, которое можно спутать с изображением ежа.

В реестре гербов, представленном графом Минихом в мае 1729 г. в Военную коллегию, герб Смоленска описывается следующим образом: «пушка чёрная, станок жёлтый, на пушке птица желтая без ног, поле белое». Приблизительно в таком же виде этот герб был высочайше утверждён 10 октября 1780 г. в качестве герба как самого города, так и Смоленского Наместничества: в серебряном поле чёрная пушка на золотом лафете, а на пушке райская птица. Любопытное объяснение безногости птицы на смоленском гербе даёт Лакиер: «Обыкновенно же смоленский герб состоял из изображения лафета, на котором сидела райская птица подстрелена... может навести на догадку, что Смоленск, пограничная и всегда исправно вооружённая крепость, не раз служила тому, что поляки и литовцы бывали отражаемы и побеждаемы; а все былины о райской птице свидетельствуют, что ею обозначались самые вожделенные и недосягаемые предметы. Не таким ли для поляков и русских бывал и Смоленск?».

С годами смоленская райская птица, очевидно, ввиду стабилизации ситуации под Смоленском, встала на ноги. В 1856 г. был высочайше утверждён герб Смоленской губернии: «В серебряном поле чёрная пушка, лафет и колеса в золотой оправе, на запале райская птица». На этом гербе райская птица не только имеет ноги, но и твёрдо стоит на них и, гордо задрав пышный хвост и расправив крылья, уверенно смотрит на запад, в сторону к тому времени уже окончательно поверженной Польши.

ГАМАЮН – РАЙСКАЯ ПТИЦА ЮЖНЫХ МОРЕЙ

Рациональный XVIII в. давал своё объяснение безногости райской птицы, украсившей собой герб Смоленска. «Словарь коммерческий», переведённый с французского языка Василием Левшиным и изданный в Москве в 1790 г., подробно описывает, среди прочих товаров и «названий вещей главных и новейших, относящихся до Коммерции», и экзотических райских птиц, завезённых португальцами в Европу с островов южных морей.

Причём привозились они не живыми, а в виде специальным образом приготовленных чучел: «Птичка сия, продаваемая засушенною, без ног и внутренних, и от такого приготовления могущая долговременно сохраняться, привозится из страны Папуас, инако Новой Гвинеи, в острова Молукские жителями островов Аро, или Ару».
Словарь отмечает, что местные жители покупают этих засушенных и безногих райских птиц «для употребления в некоторых празднествах, торжествуемых ими в некоторое время года», а также «по некоторым суеверным мнениям: первые носят их при себе в военное время, шед на сражение, уповая, что по силе их не могут быть ранены; последние же чают приобрести благоволение богов своих через содержание птиц у себя или ношение в торжественных ходах».

Португальцы, увидевшие этих птиц первыми из европейцев, назвали их "Писсаро дель соль", т.е. "Птица солнцева, потому, что она кажется летающею близ солнца", испанцы называли их Пиксаро дель сикло, т.е. Птица небесная; «ибо видимы они только летающими в воздухе». «Обыватели Тернатские острова Молукского называют их Мануко девата, которое европейцы превратили в Манукодията, что значит «Птицу Божию»; потому что она представляется прилетающею с небес, обиталища лже-богов их; без сомнения от сего воображения прозвана она Птицею Райскою».

Объяснения, как видим, вполне в духе картезианского рационализма, без всякой мистики. Однако любопытно, что и рациональные европейские учёные в безногость этих псевдо-райских птиц поверили, и вот по какой причине: «Как продают их без ног, и не могут в засушенных найти остатки оторванных их лядвий, подало это случай первым путешественникам к изобретению разных басен, а именно, что птицы сии ног не имеют, а для отдохновения цепляются хвостом за ветви древесные. Португальцы разгласили это в Европе, чему поверил не токмо народ подлый, но и великие естества испытатели, каковы были Геснер, Скалигер и прочие, описывавшие их безногими».

Как бы то ни было, но название райские птицы вошло в зоологическую терминологию. Более того, А.Э. Брэм пишет: «Самая известная из принадлежащих сюда птиц, – это названная Линнеем, безногая райская птица (Paradisea apoda)». Тут же, впрочем, отмечается, что у этой безногой птицы «ноги красные».

ГАМАЮН – ПТИЦА ВЕЩАЯ

Каковы бы, однако, ни были, так сказать, военно-стратегические или биолого-зоологические рассуждения о безногости геральдического гамаюна в гербе Смоленска или изучавшихся Линнеем чучел райских птиц, но мифическая райская птица гамаюн безнога совсем по иным причинам, и её вечный полёт имеет огромный смысл.
Нам уже известно, что произойдёт, если гамаюн крыльями своими повеет кому-нибудь на голову: быть ему владыкой.
Если же гамаюн прервёт свой полёт, это чревато большими бедами. Вот что пишет об этом «Книга Естествословная»: «а егдаже падетъ на землю, тогда падениемъ своим провозвещаетъ смерть царей или королей, или коего князя самодержавна».
Отсюда и представление о Гамаюне как о птице вещей.

ГАМАЮН – В РУССКОЙ ПОЭЗИИ

Интересно отметить, что Гамаюн, такая же райская птица, как Алконост и Сирии, никогда не изображалась на лубке с ними вместе. Она, как вещунья, всегда одинока. Такова она и на картине В.М. Васнецова.

А. Блок, потрясённый этой картиной, пишет в феврале 1899 г. небольшое стихотворение «Гамаюн, птица вещая»:

На гладях бесконечных вод,
Закатом в пурпур облачённых
Она вещает и поёт,
Не в силах крыл поднять смятённых...

Вещает иго злых татар,
Вещает казней ряд кровавых,
И трус, и голод, и пожар,
Злодеев силу, гибель правых...

Предвечным ужасом объят,
Прекрасный лик горит любовью,
Но вещей правдою звучат
Уста, запекшиеся кровью!...

В 1900 г. А. Блок попытался опубликовать это стихотворение, как и второе, посвящённое Алконосту и Сирину, в журнале «Мир Божий». Пробежав стихи, редактор журнала старый либерал В.П. Острогорский сказал: «Как вам не стыдно, молодой человек, заниматься этим, когда в университете бог знает что творится!» – и выпроводил поэта «со свирепым добродушием». Опытный редактор не понял, не разглядел, что перед ним поэт, которому самому суждено было стать вещим Гамаюном, что его устами древняя птица предвещала время неслыханных катастроф и потрясений, «и трус, и голод, и пожар», и «казней ряд кровавых», и «злодеев силу, гибель правых» – всё то, что суждено было испытать России в наступающем XX в.
Так пришедшая из глубины времён иранская хитроумная птичка обратилась на рубеже веков в устах великого поэта в грозную вещунью судьбы огромной страны.

В последней трети XX в. другой поэт и бард обратился к теме райских птиц – это сделал Владимир Высоцкий в уже упоминавшейся его песне «Купола». Высоцкий, в отличие от Васнецова и Блока, свёл в своей песне вместе всех трёх птиц -и Алконоста, и Сирина, и Гамаюна. Есть в их изображении и традиционные, уже известные нам мотивы, но появляются и новые ноты, как тому и положено быть не у подражателя, а у продолжателя традиции. В первую очередь - общий стилистический тон всего произведения. Есть в нём нечто сюрреалистическое, даже визионерское. Все три птицы у Высоцкого оказываются вещими, но в то же время сказочными, нереальными:

Как засмотрится мне нынче, как задышится?!
Воздух крут перед грозой, крут да вязок.
Что споётся мне сегодня, что услышится?
Птицы вещие поют – да всё из сказок.
Птица Сирии мне радостно скалится,
Веселит, зазывает из гнёзд,
А напротив – тоскует-печалится,
Травит душу чудной Алконост.
Словно семь заветных струн
Зазвенели в свой черёд,
Это птица Гамаюн
Надежду подаёт!

Это, конечно, не лубок, не Васнецов и не Блок.
Птица радости Сирин предстаёт в виде игривой и назойливой кокетки.
Птица грусти и печали Алконост является каким-то почти босховским виденьем из наркотического кошмара.
И только трагическая вещунья Гамаюн неожиданно становится воплощением надежды.
Неслучайность такой трактовки подчёркивается тем, что в конце песни куплет о Гамаюне с некоторыми вариациями повторятся ещё раз. Что же, в той сонной державе, что, по Высоцкому, «раскисла, опухла от сна», даже предвещаемые Гамаюном катаклизмы, возможно, виделись ему надеждой на лучшее. Поэт времен «застоя», Высоцкий сотворил свой, и традиционный и обновлённый, миф о птице радости Сирине, птице печали Алконосте и вещей птице Гамаюне.
______________________________
Воротников Ю.Л., "Алконост, Сирин, Гамаюн, или Райские птицы Древней Руси"
http://66.102.7.104/search?q=cache:e5QoNHtD0JsJ:folk82.valuehost.ru/text/articles/vorotnikov_sirin.html+%D0%BF%D1%82%D0%B8%D1%86%D0%B0+%D0%93%D0%B0%D0%BC%D0%B0%D1%8E%D0%BD,+%D0%B0%D0%BB%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82&hl=en
______________________________
Алконост, алконос, алкион
http://www.pagan.ru/slowar/a/alkonost0.php
http://www.onelegend.ru/alkonost.html
http://paganism.msk.ru/duhi/duhi01.htm
http://sigils.ru/symbols/alkonost.html
http://www.liveinternet.ru/users/3075092/post102101755

Сирин
http://myfhology.narod.ru/monsters/sirin.html
http://www.bibliotekar.ru/rusLubok/54.htm
http://stroki.net/content/view/15946/100/

Сирин и Алконост
http://webartplus.narod.ru/folk126.html

Гамаюн
http://www.dazzle.ru/spec/ppg/ppg.shtml
http://godsbay.ru/slavs/gamayun.html
http://hojja-nusreddin.livejournal.com/621706.html
http://www.litera.ru/stixiya/author...skonechnyx.html
Tags: гамаюн, дипломатия, иран, история, птица, птичийЯзык, россия, слуга, турция, царь
Subscribe

Posts from This Journal “гамаюн” Tag

  • В.Г. Вишнев, "Древняя Русь и Иран", Часть 1

    Казалось бы, Древняя Русь и Иран – что между ними общего? – где мы, и где они?.. Однако великие поэты Востока Фирдоуси, Низами, Навои часто пишут про…

  • Руми, РУБАЙ # 636

    Сердце, ты не одиноко, здесь Искатель всех сердец! Вырвал Он тоске жестокой крылья с мясом наконец! И пропел тебе, гордец, Друг твой радостную…

  • Руми, "ЗАКУТАВШИЙСЯ"

    Призвал Бог Мухаммеда: "Муззаммил*!" И после так пророка вразумил: - "Эй, убегать и прятаться любитель, Зря ищешь безопасную обитель! Ты не…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments

Posts from This Journal “гамаюн” Tag

  • В.Г. Вишнев, "Древняя Русь и Иран", Часть 1

    Казалось бы, Древняя Русь и Иран – что между ними общего? – где мы, и где они?.. Однако великие поэты Востока Фирдоуси, Низами, Навои часто пишут про…

  • Руми, РУБАЙ # 636

    Сердце, ты не одиноко, здесь Искатель всех сердец! Вырвал Он тоске жестокой крылья с мясом наконец! И пропел тебе, гордец, Друг твой радостную…

  • Руми, "ЗАКУТАВШИЙСЯ"

    Призвал Бог Мухаммеда: "Муззаммил*!" И после так пророка вразумил: - "Эй, убегать и прятаться любитель, Зря ищешь безопасную обитель! Ты не…